slideshows 1

Луис де Камоэнс (1524 или 1525-1580)

СОДЕРЖАНИЕ

- Что, смерть, несешь? - Я солнце унесла...
- Амур, на мне истратив весь свой пыл...
- Кто отнял радость у меня былую...
- Неужто в Вас влюбиться – тяжкий грех?...
- О, яблоня, блеск твоего плода...
- Пустые грезы, ничего не знача...
- Кто чужд любви – о ней превратно судит...
- Имея ум, любовь, заслуги, честь...
- Любовь казалась сладкой мне когда-то...
- Я до безумия дошел такого...
- Сеньора, если за печаль и страсть...
- Лишь только струны Аполлон сотряс...
- Заря во взгляде Вашем зажжена...
- Сеньора, Вы пленили всех, иначе...
- Мы чтим Паллады ум, Дианы честь...
- Огонь, на восковом дремавший ложе...
- Однажды нимфа Силвия по чаще...
- Ждет смерть меня; дано бессмертье строкам...
- Кто, Порция, твою направил руку...
- Любовь, меня питающая ядом...
- Когда любимый изменил, солгал...
- Вновь Далиана, взяв веретено...
- Когда на середину небосклона...
- Ты эту ленту мне дала в залог...
- Когда лучей искрящийся хрусталь...
- Была такая на душе отрада...
- Неужто я неровня Вам и мне...
- Чиста и целомудренна, она...
- Фортуне ненавистна тишина...
- Над прожитыми днями размышляя...
- Надежды я лишен, но если вдруг...
- Исчезни, память о былом, дозволь...
- Я за обман Вас строго не сужу...
- Сеньора, в чем причина Ваших чар?...
- Влюбленный в нимфу, сколько слез и мук...
- Прокрида, уличенная в испуге...
- Быть запертым в позорную тюрьму...
- Кто знал меня, уверены, что вскоре...
- Уж если я сумел перешагнуть...
- Пусть время, вычтя из календаря...
- Природа, в колдовском смешав сосуде...
- Зной истомил зверей, жесток и жгуч...
- Печали полный радостный рассвет...
- Умолкни, память о счастливых днях...
- Наяду - ту, чей образ сердцу люб...
- Сражений гром, кровавая вражда...
- С бедой моей нет никакого сладу...
- Ах, Динамене! Твой растаял след...
- Cверкающие золотые нити...
- Возьми, о лира, самый нежный лад...
- По прихоти природы, в грубой ткани...
- Латоны вещий сын, чьим светом мгла...
- Хоть время день за днем, за часом час...
- Я был дитя, когда пустила всходы...
- Влекомы ветром, сквозь морские дали...
- Что смерть, несешь? – Я солнце унесла...
- О непорочная душа, так рано...
- Печаль и страсть исчезнут без следа...
- В каком краю сыскать, в какой стране...
- Пусть две души, взлетев за облака...
- О нимфа, неприступна и строга...
- Отважны будьте, вы, что влюблены!...
- О струи светлого Мондего, там...
- Здесь, в этом Вавилоне, где гнездится...
- Хоть вас увидеть, завистью томим...
- Дары небес, которым нет цены...
- Снег этой кожи лилиям верни...
- Хоть и жива мечта и не иссяк...
- Хитри, ловчи, Амур, но все равно...
- Мучительно за годом год идет...

=============================
Португалия

*****

- Что, смерть, несешь? - Я солнце унесла.
- Когда оно затмилось? - В час рассвета.
- Из-за чего? - Мне не узнать секрета.
- Кто знает? - Тот, кто все вершит дела.

- Где тлеть ему? - В земле, где вечно мгла.
- А как же пламя? - Сникнет, тьмой одето.
- Что скажет Лузитания? - Лишь это:
"Марии недостойна я была".

- Где тот, кто видел свет? - Скончался вскоре.
- Что говорит Амур? - Молчит в смятенье.
- Кто смог уста замкнуть ему? - Беда.

- А королевский двор? - Померк от горя.
- Что там осталось? - Мрак и запустенье
и слезы по ушедшей навсегда.

Перевел с португальского
Владимир Резниченко

Примечания

  • Этот сонет выполнен в редкой форме диалога - между Поэтом и Смертью. Написан он по случаю кончины одной из "звезд" королевского двора. Какой именно, до сих пор не ясно. В одном из списков имеется посвящение: "На смерть доны Марии де Тавора, дочери Луиша Алвареша де Тавора". Не исключено также, что речь может идти об инфанте доне Марии, дочери короля, умершей в 1577 году.
  • Стихотворение это, как и некоторые другие переведенные мной сонеты Камоэнса, положено на музыку Викторией Яглинг и исполняется в концертах. Ноты опубликованы в сборнике "Романсы советских композиторов", М., "Советский композитор", 1980, и в других изданиях.
  • *****

    Амур, на мне истратив весь свой пыл,
    Все мерзости испробовав и трюки,
    Решил меня отдать фортуне в руки,
    Когда запас мучительств истощил,

    А та, стараясь из последних сил
    Затмить его в палаческой науке,
    Наслала на меня такие муки,
    Каких никто во веки не сносил.

    Преподавая горькие уроки
    Всем, кто подвластен этим двум тиранам,
    Я составляю свод моих мытарств

    И боль мою переливаю в строки,
    Поскольку не нашел иных лекарств,
    Чтобы доставить облегченье ранам.

    *****

    Кто отнял радость у меня былую –
    Единственное, чем я был богат, -
    В непрочный наш союз внеся разлад
    И Вам назначив путь в страну чужую?

    По чьей вине я плачу и тоскую
    О днях, которых не вернуть назад,
    Когда я столько испытал услад,
    За ветреной мечтой бредя вслепую?

    Я знаю: сотворила это зло
    И на меня накликала беду
    Фортуна, от которой нет защиты.

    Смиритесь те, кому не повезло:
    Нельзя переменить свою звезду,
    Для вас к спасенью все пути закрыты.

    *****

    Неужто в Вас влюбиться – тяжкий грех?
    Кто чист тогда? И для кого пощада
    Возможна? Ведь любое сердце радо
    Вам сдаться в плен – что ж Вы казните всех?

    Нет в целом мире сладостней утех,
    Чем жить мечтой о Вас, а будет надо
    Принять за это муку – пытки ада
    Душа преодолеет без помех.

    И если впрямь заслуживает дыбы,
    Кто любит Вас безмерно, беззаветно,
    Терзайте, не жалея, всех подряд.

    Сеньора, Вы с меня начать могли бы,
    Ведь всем давно понятно и заметно
    Какой огромной страстью я объят.

    *****

    О, яблоня, блеск твоего плода –
    Багрянец крови в белизне молочной –
    Воссоздает в природе образ точный
    Девичьих щек, горящих от стыда;

    И пусть тебя не сокрушит вражда
    Жестокой бури, гнущей ствол непрочный,
    Пусть этот плод, искрящийся и сочный,
    Не сгубят ни жара, ни холода,

    Чтоб вечно душу грел твой кров зеленый
    И восхищалось сердце, сколь чудесен
    Твоих румяных яблок аромат…

    Мне не сложить тебе достойных песен,
    Я одного хочу – под тихой кроной
    Забыть, в мечтах о прошлом боль утрат.

    *****

    Пустые грезы, ничего не знача,
    Наносят между тем немалый вред,
    Лишь после понимаешь, сколько бед
    Таилась там, где виделась удача.

    Изменчива судьба, любовь незряча,
    Слова, как ветер, улетят – и нет;
    Взглянув в былое через много лет,
    То, что смешным казалось, вспомнишь плача.

    Жизнь – драгоценность, взятая взаймы,
    Чей внешний блеск доступен и невежде,
    Но суть сокрыта под покровом тьмы.

    Не верь химерам, верь лишь той надежде,
    Что будет жить, покуда в сердце мы
    Храним любовь, а не погаснет прежде.

    *****

    Кто чужд любви – о ней превратно судит,
    Лжет, что она коварна, зла, пуста.
    Наказанный Амуром неспроста,
    Пусть навсегда слепец несчастным будет.

    Но кто любил, вовеки не забудет,
    Сколь сладостна любовь и сколь чиста,
    И лишь негодованье, клевета
    И у людей, и у богов пробудит.

    Уж если за любовь – она свой гнев
    Обрушивает только на меня,
    Как будто я один за все в ответе.

    Но, память о ее добре храня,
    Я это зло, все горести стерпев,
    Не променяю ни за что на свете.

    *****

    Имея ум, любовь, заслуги, честь,
    Мы мним, что путь наш радостен и гладок,
    Но Рок, случайность, время свой порядок
    Наводит в мире, нам готовя месть.

    Загадок неразгаданных не счесть,
    Хоть на догадки разум наш и падок,
    И вот она, загадка из загадок:
    Что выше жизни, выше смерти есть?

    Ученый муж нередко лицемерит,
    Тогда как опыт к знанию приводит:
    Побольше наблюдать - важней всего.

    Пусть происходит то, во что не верят,
    И верят в то, чего не происходит, -
    Вы лучше верьте в Бога одного.

    *****

    Любовь казалась сладкой мне когда-то;
    В плену надежд несбыточных и грез,
    Не видя притаившихся угроз,
    Душа цвела, желаньями объята.

    Все фальшь и ложь, чему я верил свято!
    Надежды пролились ручьями слез!
    К вершинам счастья Рок меня вознес,
    Но тем скорей и горестней расплата.

    Кто высших благ и радостей достиг,
    Неисцелимой скорби предается,
    Когда судьба ему изменит вмиг;

    Но как бы ни был яростен и дик
    Ее удар, спокойным остается,
    Кто видел мир и ко всему привык.

    *****

    Я до безумия дошел такого,
    Что и в жару трясет озноб меня;
    Смеюсь и плачу, жизнь свою кляня;
    Всего добившись, все теряю снова.

    В душе смешались чувства бестолково;
    Глаза влажны, хоть мысль полна огня;
    Мечта, погаснув, заблестит, маня:
    Очнусь - и вновь лишаюсь дара слова.

    Мне чудится: земля - как облака.
    Мне грезится, что час - тысячелетья
    (Хоть наяву тысячелетья - час).

    Чем болен я, не разберусь пока.
    Но знаю: эту муку стал терпеть я,
    С тех пор как повстречал, сеньора, Вас.

    *****

    Сеньора, если за печаль и страсть
    Одна награда - каторга и плети,
    Глумитесь надо мной - я пойман в сети,
    Моя душа Вам отдана во власть.

    Над ней вольны Вы издеваться всласть,
    Терзать ее, травить - я все на свете
    Стерплю, ведь жизнь - война, и муки эти
    Всех мук моих лишь крохотная часть.

    Взглянув на Вас, кто не опустит взора?
    Сдаюсь, но сердце Вам не отдаю.
    Ведь сердце - мой последний щит, сеньора.

    Спасенья нет в проигранном бою.
    Спасенье есть - чтоб избежать позора,
    Прижаться грудью к острому копью.

    *****

    Лишь только струны Аполлон сотряс
    И девять муз запели стройным хором,
    Внимая лире золотой, с задором
    Я взял перо и начал свой рассказ:

    "Благословенны год, и день, и час,
    Когда я ранен был прекрасным взором,
    Благословенны страсть и пыл, с которым
    Я покорился чарам этих глаз..."

    Звучала песнь, но колесо удачи,
    Раскрученное мстительным Амуром,
    Свершило незаметный оборот.

    Лучистый день застелен мраком хмурым.
    Нелепо ждать, что будет все иначе.
    Ведь это значит - худших ждать невзгод.

    *****

    Заря во взгляде Вашем зажжена:
    Он проникает в сердце, зренье раня.
    Увидеть Вас и не ослепнуть - дани
    Законно Вам не уплатить сполна.

    Пусть это справедливая цена,
    Она мне недоступна, - как в дурмане
    Любя Вас, я дошел до низшей грани,
    И жизнь и душу вычерпав до дна.

    Я нищ: Вам отданы мои богатства,
    Мечты, надежды, помыслы, тревоги,
    Но этот крест я с радостью влачу.

    Поэтому корить Вас - святотатство;
    Я все отдать Вам счастлив, и в итоге
    Тем выше долг, чем больше я плачу.

    *****

    Сеньора, Вы пленили всех, иначе
    И быть не может - Ваших глаз заря
    Способна ослепить; возвел не зря
    Свой храм в зрачках у Вас божок незрячий.

    Он судьбами вершит, суля удачи
    Толпе, собравшейся у алтаря,
    И люди чтут его, боготворя
    Ваш несравненный лик и взгляд горячий.

    Блажен, кто видел белизну снегов
    В лучах золототканого узора,
    Где пламенная роза расцвела.

    Разрушив сердца ледяной покров,
    Ему пронзило грудь сиянье взора,
    Как солнце - гладь прозрачного стекла.

    *****

    Мы чтим Паллады ум, Дианы честь,
    Венеры красоту, Юноны славу;
    До Африки и Азии по праву
    Дошла об этом из Европы весть.

    Всевластным небом, чьих чудес не счесть,
    Был вставлен дух в телесную оправу;
    Воздвигнут мир по высшему уставу
    Из четырех частей таким, как есть.

    Но вас, сеньоры, балует природа
    И дарит каждой сразу все подарки,
    Их на четыре части не деля.

    Вам отдают свой блеск живой и яркий
    Лучи Луны и красота Восхода,
    Огонь и Влага, Воздух и Земля.

    *****

    Огонь, на восковом дремавший ложе,
    Восстал, с огнем любви смешавшись вмиг,
    Когда, взглянув на Ваш прекрасный лик,
    Увидел свет, со светом солнца схожий.

    Сдержать не в силах трепета и дрожи,
    В удвоенном порыве, смел и дик,
    Стремясь обнять Вас пылко, он приник
    В палящем поцелуе к нежной коже.

    Блаженна страсть, что жар свой донесла
    До глаз, где скрыты прелести такие,
    Какими целый мир сожжен дотла!

    В Вас, о сеньора, влюблены стихии,
    Поэтому свеча и обожгла
    Снег, обжигающий сердца людские.

    *****

    Однажды нимфа Силвия по чаще
    Брела и, отдалившись от подруг,
    На дерево залезла, вздумав вдруг
    Сорвать цветок, в его листве горящий.

    Зайдя в ту рощу и решив, что слаще
    Прохлады не найти, на тот же сук
    Повесил Купидон колчан и лук
    И лег, пережидая зной палящий.

    Не медлит нимфа и спешит украсть
    Смертельное оружье: бог строптивый
    Беспомощен в минуты забытья.

    Из глаз ее пускает стрелы страсть.
    Бегите, пастухи, покуда живы!
    Лишь я останусь: в смерти жизнь моя.

    *****

    Ждет смерть меня; дано бессмертье строкам,
    С печалью повествующим о том,
    Сколь радостно я жил; чтоб им потом
    Из рук не выпасть в Лету ненароком,

    Я их оставлю здесь, и пусть уроком
    Послужит людям этот скорбный том,
    Пусть тычут указующим перстом
    В него с негодованьем и упреком;

    И если горе счастьем счел глупец,
    Амуру и Фортуне веря слепо,
    То на моем примере наконец

    Он сможет убедиться, сколь нелепо
    Им доверять: Амур - тиран и лжец,
    Фортуна - вероломна и свирепа.

    *****

    - Кто, Порция, твою направил руку,
    Случайность или пламенный порыв?
    - Любовь решила, кровь мою пролив,
    Узнать, стерплю ли я и эту муку.

    - Зачем же, с жизнью торопя разлуку,
    К страданьям смерти обращать призыв?
    - Чтоб, страх перед кончиной победив,
    Постичь терпенья горькую науку.

    - Но сталью из груди извергнув кровь,
    Зачем огнем ты жжешь себя? - Велела
    Мне умирать и мучиться любовь.

    - Что ж, сталь слаба? - Она сильна, но тело
    Привыкло к ней и жаждет смерти вновь
    От высших мук, которым нет предела.

    *****

    Любовь, меня питающая ядом,
    Продли мне жизнь, чтоб я увидеть смог,
    Как две звезды, чей свет мне сердце сжег,
    Взирают на меня померкшим взглядом,

    Как годы, проносясь над вешним садом,
    Иссушат свежий розовый цветок,
    Как в пышных косах золотой поток
    Серебряным прольется водопадом.

    Всему перемениться суждено,
    И чувства переменятся, сеньора,
    Но запоздавшая любовь смешна.

    Рыдайте - Вас отвергнут все равно;
    Так месть моя свершится - пусть не скоро,
    Но все-таки настигнет Вас она.

    *****

    Когда любимый изменил, солгал,
    Простить не в силах пастуху обмана,
    Взяла в мужья подпаска Далиана,
    За грех чужой себя же наказав.

    Доверчивую нежность, кроткий нрав,
    Цветенье щек, пылающих румяно,
    Отравит время поздно или рано,
    Но жизнь с немилым горше всех отрав.

    Прекрасный плод сорвали злые руки,
    Завял в пустыне стебель горделивый,
    Весенний луг холодной стал скалой.

    Нарушенная клятва, боль разлуки,
    Неискренняя страсть, расчет фальшивый
    Сгубили прелесть красоты былой.

    *****

    Вновь Далиана, взяв веретено,
    Расплакалась без всякого предлога;
    Вновь Лаурениу гнетет тревога,
    И ревностью чело омрачено.

    Она любила Силвиу давно,
    Но ей закрыта к милому дорога;
    Когда своих забот на сердце много,
    Чужим не соболезнует оно.

    И Лаурениу рыдает, горе
    Не в силах пережить, и вместе с ним
    Рыдает лес, его печали вторя:

    - О, почему угодно судьбам злым,
    Чтоб жили в несогласье и раздоре
    Два сердца, чей союз нерасторжим?

    *****

    Когда на середину небосклона
    Яснейший Пастырь поднял факел свой,
    И манит коз, измученных жарой,
    Прохладных вод живительное лоно,

    И укрывает ласковая крона
    Замолкших птиц, и в тишине лесной
    Одни цикады, несмотря на зной,
    Унылого не прекращают звона...

    И Лизу плачущий, не зная сна,
    К Натерсии взывает - той из нимф,
    Что бессердечней всех: "Меня погубит

    Страданье - ты другому отдана,
    А он тебя не любит", - эхо с ним
    Вступает в спор: "...она... тебя не любит.

    *****

    Ты эту ленту мне дала в залог
    Любви, и, ощущая боль утраты,
    Я на нее смотрю, тоской объятый,
    И думаю: о, если бы я смог

    Увидеть косу - золотой песок,
    Затмивший все рассветы и закаты, -
    Которую нарочно расплела ты,
    Чтобы душе моей сплести силок!

    Ты ленту мне дала, чтоб облегчилась
    Немыслимая тяжесть этой страсти;
    Я принял дар, от долгих мук устав.

    Пусть полностью болезнь не излечилась:
    "Нет целого - достаточно и части", -
    Гласит любви неписаный устав.

    *****

    Когда лучей искрящийся хрусталь
    Пришла пора просыпать в мир Авроре,
    Пастушка Низе уходила в горе
    Из мест родных в неведомую даль.

    Она взывала к небесам - ей жаль
    Загубленного счастья, и во взоре,
    Который блеском затмевает зори,
    Ручьями слез расплескана печаль:

    "Сияй, Аврора, вспыхни ярким светом,
    Чтобы восхода алая струя
    Несла покой сердцам, тобой согретым,

    Но знай, что беспредельна скорбь моя,
    И помни, что отныне в мире этом
    Пастушки нет несчастнее, чем я".

    *****

    Была такая на душе отрада,
    Что я забылся и, отбросив страх,
    Погряз в запретной страсти, в дерзких снах
    И сам себя обрек мученьям ада.

    Черты иного, памятного взгляда
    Мне удалось прочесть в ее глазах,
    И под напором чувств разбилась в прах
    Рассудка ненадежная преграда.

    Был мачехой загублен Ипполит -
    Коварной Федрой, что в чаду порока
    И вожделенья потеряла стыд.

    За смерть его безвинную мне мстит
    Теперь Амур, и до того жестоко,
    Что сам своей жестокостью убит.

    *****

    Неужто я неровня Вам и мне
    Всю жизнь страдать придется терпеливо
    Но кто достоин Вас? Такое диво,
    Пожалуй, встретишь лишь во сне.

    К тому же, раз я заслужил вполне
    Все то, чего прошу, несправедливо
    За щедрость чувств и высоту порыва,
    Скупясь, по низкой выдавать цене.

    Награда причитается без спроса
    Тому, кто вынес столько горьких мук
    И столько ради Вас стерпел позора,

    А Вы достоинств ищете, коль скоро
    Отсутствуют они у Ваших слуг
    Влюбитесь в самое себя, сеньора!

    *****

    Чиста и целомудренна, она
    Решила в искуплении жестоком
    Невинность, оскверненную пороком,
    Избавить от позорного пятна.

    Пусть честью красота умерщвлена:
    Угасла жизнь, но, не подвластны срокам,
    Любовь и верность, вечным став уроком,
    В грядущие простерты времена.

    Превыше благ земных веленье долга;
    Был стан ее нежнейший сталью твердой
    Пронзен, чтоб власть тирана кровью смыть.

    Пример самоотверженности гордой:
    Оборвалась короткой жизни нить,
    Осталась память, длящаяся долго.

    *****

    Фортуне ненавистна тишина,
    Противен мир и чужд порядок божий,
    Но если путь счастливый, непохожий
    На пройденный, начертит мне она,

    Душа воспрянет, Музой зажжена,
    И лира станет звонче и моложе,
    Чтоб Тежу там, вдали, на отчем ложе,
    Внимая ей, застыл в объятьях сна.

    Пока же эту немощную лиру
    Преследует и гонит гнев фортуны,
    Не по заслугам Ваша похвала.

    Пусть лучше восславляют Ваши струны
    Иного – кто, как Вы, являет миру
    Поистине великие дела.

    *****

    Над прожитыми днями размышляя,
    Свою судьбу предвидел я давно:
    Грядущее былым предрешено,
    И, значит, горю нет конца и края.

    Амур жестокий и Фортуна злая:
    Вам сердце скорбное мое дано,
    Чтобы, пока еще живет оно,
    Его терзать и мучить, умерщвляя!

    Но пусть любовь, наслышавшись молвы
    Про бедствия мои, в преддверье казни
    Мне шлет мечты, которые мертвы,

    Пусть рок свиреп и полон неприязни –
    Пока в душе моей сеньора, Вы,
    Смотрю в глаза Фортуне без боязни.

    *****

    Надежды я лишен, но если вдруг
    Амур, меня преследующий яро,
    Мне даст, за день до нового удара,
    Миг радости в оплату прежних мук,

    Чего б он ни сулил, такой недуг
    Мне душу истерзал, что от кошмара
    Уже не пробудиться ей, и дара
    Я не приму из вероломных рук.

    Минуты счастья, пусть и скоротечной,
    Не испытав в плену любовных уз,
    Я прожил жизнь в печали бесконечной,

    И до того был тяжек этот груз,
    Что радость мной утрачена навечно
    И к радости утрачен всякий вкус.

    *****

    Исчезни, память о былом, дозволь
    Забыть счастливый миг, что мною прожит
    И нынешние муки только множит,
    На раны сердца просыпная соль!

    Но если наперед известно, сколь
    Печален жребий мой, тогда, быть может,
    Удача мне в последний раз поможет,
    Чтоб умер я и прекратилась боль?

    Пусть жизнь, затмившись, сгинет без возврата,
    И вместе с ней воспоминанья сгинут –
    Тогда и скорбь отхлынет от груди.

    Какая может быть страшна утрата
    Тому, кто счастьем навсегда покинут
    И ждет одних несчастий впереди?

    *****

    Я за обман Вас строго не сужу,
    Хотя о нем давно имею вести,
    И не прошу вознаградить по чести
    Ту преданность с которой Вам служу.

    Но больно мне, когда воображу,
    Как на моем обосновался месте –
    Выходит, стал я жертвой Вашей мести,
    Виновны Вы, а я ответ держу.

    Хотя, сеньора, справедливо, чтобы
    Обидчик был обиженным наказан,
    Когда к тому весомый повод есть,

    Но все же я, решив в порыве злобы,
    Что за коварство Ваше мстить обязан,
    Столь низкую бы не назначил месть.

    *****

    Сеньора, в чем причина Ваших чар?
    Блеск этих кос, что сердце мне пленили,
    Рожден в какой золотоносной жиле,
    С какого прииска привезен в дар?

    Зажечь во взгляде солнечный пожар,
    Стать первой в знатности, уме и силе
    Помог Вам промысел небесный или
    Медеи заколдованный отвар?

    Из раковин каких добыть смогли Вы
    Сиянье этой россыпи жемчужной,
    Чтобы улыбки рассветить свои?

    Сеньора, знайте: раз Вы так красивы,
    Вам помнить о судьбе Нарцисса нужно
    И обходить озера и ручьи.

    *****

    Влюбленный в нимфу, сколько слез и мук
    Принес Кефал отвергнутой Авроре,
    Что лучшие ему дарила зори,
    Бросая розы алые вокруг!

    Спешит к Прокриде любящий супруг
    И в дом родимый прибывает вскоре,
    Но честь своей жены, себе на горе,
    Он подвергает испытанью вдруг:

    Вмиг изменив обличье и одежды,
    Ей льстит и лжет, дает подарки в руки –
    Прельщенная Прокрида молвит «да».

    Так, убивая сам свои надежды,
    Пускается на хитрости и трюки
    Ревнивец, не довольный никогда.

    *****

    Прокрида, уличенная в испуге
    Укрылась от Кефала в дебри гор,
    Хоть гнал ее, возможно не позор,
    А лишь лукавство ветреной супруги.

    Но муж, в любовном мучаясь недуге,
    Утратил разум, и забыв с тех пор
    Обиду, породившую раздор,
    Отправился на поиски подруги.

    Нашел ее, припал к ее стопам
    И стал молить о снисхожденье, словно
    Она чиста, а изменял он сам.

    Так, пораженный слепотой любовной,
    Безвинный муж, заглаживая срам,
    Прощенья просит у жены виновной.

    *****

    Быть запертым в позорную тюрьму –
    Итог моих пороков и гордыни.
    Смерть разрубила цепи, но поныне
    Прикован я к несчастью моему.

    Амур не примет агнца – потому
    Я в жертву жизнь принес его святыне.
    Судил мне Рок скитаться на чужбине
    И нищенскую в руки дал суму.

    С тех пор, не веря радости обманной,
    Считая наслаждение зазорным,
    Живу я, крохи малые ценя,

    Наученный звездой моей туманной,
    Безглазой Смертью, Случаем притворным
    Страшиться счастья пуще, чем огня.

    *****

    Кто знал меня, уверены, что вскоре,
    Раздавлен скорбью, я с ума сойду:
    Он болен, шепчут, ходит как в бреду,
    Забыл друзей, растерян в разговоре.

    Вздор! Пусть я сник, пускай с тоской во взоре,
    Согбен от мук, я по земле бреду,
    Я выше тех, кто не познал беду:
    Ничто не возвышает так, как горе.

    Другие за сокровища и честь
    Пусть бьются против ветра и огня,
    Перевернув вверх дном моря и сушу.

    Я нищ и слаб, но счастлив тем, что есть,
    А есть одно богатство у меня –
    Ваш образ, согревающий мне душу.

    *****

    Уж если я сумел перешагнуть
    Через потоки слез - по воле Рока
    Плывущий вдаль, я этого потока
    И этой бездны не страшусь ничуть

    Был час прощанья, и томилась грудь
    От тысяч уз, разорванных жестоко,
    Когда, за миг до истеченья срока,
    Река любви мне преградила путь.

    Но мной и эта пройдена граница.
    Я шел, подобно тем, кто прям и тверд,
    Идет на плаху, зная: казнь свершится.

    Пускай любые образы и лица
    Приемлет смерть - страдальцу, что простерт
    У ног ее, чего еще страшиться?

    *****

    Пусть время, вычтя из календаря
    Тот день, когда родился я, низринет
    Его во тьму, а если он не сгинет
    И если повторится, зло творя -

    Пусть в это утро не взойдет заря,
    Пусть явятся чудовища, пусть хлынет
    Кровавый дождь, пусть мать детей покинет,
    Пусть содрогнется мир, в огне горя.

    Но вовсе ни к чему, чтоб в исступленье
    Рыдал народ, чтобы толпа кричала,
    Считая, что затмился белый свет -

    Пока еще не светопреставленье,
    А просто день, положенный в начало
    Судьбы, несчастнее которой нет.

    *****

    Природа, в колдовском смешав сосуде
    Блеск золота, рубинов, снега, роз,
    Ваш образ создала, что в мир привнес
    Красоты, о какх не знали люди.

    Рот из рубинов сложен в этом чуде,
    Из роз румянец соткан, цвет волос
    Был золотом подарен, и мороз
    Слепил из снега пламенные груди.

    А если в Ваши очи заглянуть,
    В них солнце, и светлее солнца это
    Всех солнц, что видел мир когда-нибудь.

    Так в дивных красках Вашего портрета
    Воплощены природой смысл и суть
    Роз, золота, рубинов, снега, света.

    *****

    Зной истомил зверей, жесток и жгуч,
    И только Лизу не искал прохлады -
    Он брел на поиски своей наяды,
    Чтоб усмирить любви палящий луч.

    Был горек стон его и столь могуч,
    Что каменные вздрогнули громады,
    Но нимфу манят новые услады -
    Сердца красавиц тверже горных круч.

    Ответа нет. И, плача беспристанно,
    Несчастный надпись вырезал на буке,
    Оставив нам завет в лесной глуши:

    "Жизнь в женские не отдавайте руки;
    У женщин если что и постоянно
    так это переменивость души"

    *****

    Печали полный радостный рассвет,
    Смешавший краски нежности и боли,
    Пусть будет людям памятен, доколе
    Есть в мире скорбь, а состраданья нет.

    Чертившее на небе ясный след,
    Лишь солнце соболезновало доле
    Двух душ, разъединенных против воли
    Чтобы погибнуть от невзгод и бед.

    Лишь солнце видело: обильной данью
    Наполнилась могучая река,
    Взяв у влюбленных слезы и рыданья,

    И слышало: мольба их столь горька,
    Что может и огонь смирить, страданья
    Уменьшив осужденным на века.

    *****

    Умолкни, память о счастливых днях,
    Что по вине Фортуны вдаль умчались,
    Пускай хоть час пробудет не печалясь
    Тот, чьи надежды потерпели крах!

    Любовь и радость, блещущие в снах,
    Мне лучше бы и вовсе не встречались,
    А встретившись, вовеки не кончались,
    Чтоб душу не сжигал остывший прах

    Я памятью живу, умру - забытым,
    Хоть мог бы победить твое забвенье,
    когда бы о былом напомнить смел.

    Начать бы снова счет годам прожитым,
    Я бы сберег счастливые мгновенья,
    Предвидя, сколь несчастен мой удел.

    *****

    Наяду - ту, чей образ сердцу люб, -
    Я дремлющей застал в объятьях фавна;
    Он сладостную дань взымал исправно,
    На горе мне, с ее прекрасных губ;

    И я спросил Венеру: почему б
    Не запретить красотке своенравной
    Беспутствовать столь дерзостно и явно,
    Да с тем еще, кто так блудлив и груб.

    Неужто впрямь забыта добродетель,
    А стыд исчез, неужто, о богиня,
    Так легок и изменчив норов твой,

    Что нимф прелестных - я тому свидетель -
    Во власть уродам отдают отныне
    И нет любви, есть случай лишь слепой?

    *****

    Сражений гром, кровавая вражда,
    Пожары, дым, ползущий по просторам,
    Смертельный свист ядра, перед которым
    Не устоит и горная гряда, -

    Мне никакая не страшна беда,
    Я все опасности считаю вздором.
    Благословленный Вашим чудным взором
    Я стал неуязвимым навсегда.

    В горнило схватки сбросившись с размаха,
    я гибну от железа и огня,
    Но, словно Феникс, восстаю из праха.

    В любом бою спокойствие храня,
    я лишь перед тобой дрожу от страха,
    Амур, жестоко ранящий меня.

    *****

    С бедой моей нет никакого сладу,
    Как видно: помутился я умом:
    Надеюсь на песке построить дом,
    Прошу волков, чтоб не вредили стаду,

    Тщусь, как Арахна, превзойти Палладу,
    В пещеру к тигру лезу напролом,
    Пытаюсь море вычерпать ковшом,
    Грешу - и счастье требую в награду,

    Спокойствия ищу, в аду горя,
    Мечтаю о весне зимой ненастной,
    Хочу, чтоб в полночи зажглась заря,

    Жду, что Олимп затмится своевластный
    И рухнет гнет- иначе говоря,
    Что вспыхнет страсть в твоей душе бесстрастной.

    *****

    Ах, Динамене! Твой растаял след,
    И хоть любовь пылает с прежней силой,
    Я больше не увижу нимфы милой,
    Покинувшей так рано этот свет!

    Какая пытка: до скончанья лет
    Грустить вдали - из-за судьбы постылой,
    Велевшей волнам стать твоей могилой,
    На наше счастье наложив запрет!

    Смерть не дала нам вымолвить ни слова
    В тот миг последний, черным покрывалом
    Твой светлый взор окутав навсегда.

    О, море! Небо! Ярость Рока злого!
    Чтоб это горе показалось малым,
    Возможна ли еще страшней беда?

    *****

    Cверкающие золотые нити, -
    Просыпавшись на белизну руки
    Или на розовые лепестки
    Вы сколько чар в себе соедините?

    Глаза, что ярче тысяч солнц в зените,
    Сияют мне в разлуке, далеки, -
    Вблизи, избавив сердце от тоски,
    Какой вы жар во мне воспламените?

    Я бы считал, что Ваш искристый смех
    В кораллах и жемчужинах лучится,
    Но он звучал в душе моей не раз.

    Как много память дарит мне утех!
    А если Вас увижу - что случится?
    О, если бы я мог увидеть Вас!

    *****

    Возьми, о лира, самый нежный лад,
    Пускай восславит страсть мой стих певучий,
    Пусть эти строфы, полные созвучий,
    Остывшие сердца воспламенят;

    И, чтб любовь разила всех подряд,
    Перескажи подробно каждый случай
    Отваги робкой, холодности жгучей
    Блаженных мук и горестных услад.

    Лишь об одном я умолчу, сеньора, -
    О Вашем взгляде: перед ним немею
    И тут же забываю все слова.

    Сиянье Ваших глаз и ясность взора
    Достойны строк, для коих не имею
    Способностей, познаний, мастертва.

    *****

    По прихоти природы, в грубой ткани
    Сокрыта от обманов и измен
    Девичья прелесть, чтоб соблазн и тлен
    Не смели помышлять о юном стане.

    И все ж не скрыть монашеской сутане
    Сиянья взора Вашего; блажен,
    Кто был им поражен и, сдавшись в плен,
    Находит сладость в нанесенной ране.

    А тот, кто тщился сохранить покой,
    Увидев Вас, потом поймет с испугом,
    Что невозможно справиться с тоской,

    И, гибельным поверженный недугом,
    Почтет за честь, тоб красоте такой
    Амур победу отдал по заслугам.

    *****

    Латоны вещий сын, чьим светом мгла
    Повержена во прах, убил злодея
    Пифона, отвратительного змея,
    За все его жестокие дела.

    Убил стрелой - но самого стрела
    Сразила золотая,чтоб робея
    Он клялся в страсти дочери Пенея
    Которая в Фессалии жила.

    Но тщетно он прельстить ее пытался
    Своею силой, властью, красотою,
    Искусством тонким, редким мастерством...

    Уж если Аполлон ни с чем остался
    Влюбившись в нимфу, так чего же стою
    Я, смертный, рядом с Вами, божеством?

    *****

    Хоть время день за днем, за часом час
    Свой суд вершит над славой и над властью,
    Кладет конец уму, богатству, счастью,
    Оплакивая жертвы всякий раз,

    Хоть бег его поспешный многих спас,
    Попавших в руки злу и безучастью,
    Оно бессильно перед этой страстью -
    Моя судьба зависит лишь от Вас.

    Мгновенья мчатся: день сменился ночью,
    Веселый смех растаял в горьком плаче,
    Гроза прошла - и вспыхнул небосклон.

    Но каменному сердцу, средоточью
    Моей надежды, скорби и удачи,
    Неведом вечный времени закон.

    *****

    Я был дитя, когда пустила всходы
    Во мне любовь, и Вам понять пора:
    Она чиста сегодня, как вчера,
    Ей чуждо вожделенье от природы.

    И безразличны радости, невзгоды,
    Судьбы превратность, случая игра,
    Пучина нищеты, богатств гора
    И в эти дни, и в будущие годы.

    Ромашки увядают на лугу;
    Безжалостна зима, жестоко лето;
    Но в сердце брызжет вечная весна.

    Мне мало видеть Вас; я не могу
    Смириться с Вашей холодностью - это
    Меня гнетет; любовь моя больна.

    *****
    Влекомы ветром, сквозь морские дали
    Несите, волны, боль мою туда,
    Где скрылась та, что, скрывшись без следа,
    Не может утолить моей печали.

    Скажите ей, что дни пустыми стали,
    Но все полней, скажите ей, беда.
    Скажите: горе будет жить всегда.
    Но я, скажите, выживу едва ли.

    Скажите ей: смертелен мой недуг,
    Скажите: счастье скрылось без возврата,
    Скажите: вы – причина этих мук.

    Скажите ей, сколь велика утрата,
    Но, ей скажите, все утратив вдруг,
    Любовь, скажите ей, храню я свято.

    *****

    - Что смерть, несешь? – Я солнце унесла.
    - Когда оно затмилось? – В час рассвета.
    - Из-за чего? – Мне не узнать секрета.
    - Кто знает? – Тот, кто все вершит дела.

    - Где тлеть ему? – В земле, где вечно мгла.
    - А как же пламя? – Сникнет, тьмой одето.
    - Что скажет Лузитания? – Лишь это:
    «Марии недостойна я была».

    - Где тот, кто видел свет? – Скончался вскоре.
    - Что говорит Амур? – Молчит в смятенье.
    - Кто смог уста замкнуть ему? – Беда.

    - А королевский двор? – Померк от горя.
    - Что там осталось? – Мрак и запустенье
    и слезы по ушедшей навсегда.

    *****

    О непорочная душа, так рано
    Ушедшая от суеты мирской,
    Тебе на небе вечный дан покой,
    Мне на земле – мучительная рана.

    Но если в горних сферах невозбранна
    Живая память о любви былой,
    Ты вспомнишь взгляд воспламененный мой,
    В котором и поныне страсть сохранна.

    И если ты услышишь боль мою,
    И если ты поймешь, как безутешно
    Я, по тебе тоскуя, слезы лью,

    Молись, чтоб столь же скоро и поспешно
    Соединил нас Бог в святом раю,
    Сколь рано мы расстались в жизни грешной.

    *****

    Печаль и страсть исчезнут без следа,
    Желанья и мечты уйдут в былое.
    Мир ни минуты не стоит в покое,
    Меняя все, проносятся года.

    Изменчива мгновений череда,
    Ждешь одного – появится другое.
    Но вспоминать о счастье горше вдвое,
    Чем о беде, ушедшей навсегда.

    Растаял снег, и распустились розы,
    Вновь зелен луг, а я не в силах петь:
    Не льется песня, льются только слезы.

    Все перемены я готов стерпеть,
    Но скоро жизнь – страшнее нет угрозы –
    Изменится, чтоб не меняться впредь.

    ******

    В каком краю сыскать, в какой стране
    Пустынный уголок, приют укромный,
    Где бы ни то что пилигрим бездомный,
    Но даже зверь не повстречался мне,

    Чтоб смог я в заповедной тишине
    Густого леса или в роще темной,
    Лишенной влаги и прохлады томной,
    Побыть с бедой моей наедине

    И выплакаться вволю и в ущелье
    Среди утесов выдолбить могилу,
    Чтобы живым похоронить себя,

    И, если с горем сладить не под силу,
    В ней скрыться навсегда и в дни веселья
    Скорбеть и радость находить, скорбя?

    *****

    Пусть две души, взлетев за облака,
    В святилище Амура и Венеры,
    Ликуют: там любовь не знает меры,
    Что в мире – миг, то в небесах – века.

    Они из этих сфер, где страсть ярка,
    Но коротка, и дни от скорби серы,
    Уже перенеслись в иные сферы,
    Где свет любви не омрачит тоска.

    А здесь примешан яд к любым победам,
    И радости, печалью осажденной,
    Не вырваться из страшного кольца.

    И я томлюсь, безвинно осужденный:
    По прихоти Амура, горьким бедам
    Скончанья нет, и жизни нет конца.

    *****

    О нимфа, неприступна и строга,
    Ты словно вся из камня и металла:
    В копне волос, что золотом упала
    На мрамор лба, как солнце на снега,

    В рубинах рта, где зубы – жемчуга,
    В смарагдах дивных глаз, в горящих ало
    Гранатах щек – холодный блеск кристалла,
    Бездушность глыбы, мертвая фольга.

    Рука – слоновой кости. В стройной шее
    На алебастре высвечены вены,
    Как синий плющ, что в извести увяз.

    Ты вся из камня. И всего страшнее,
    В тебя влюбившись, осознать мгновенно,
    Что это сердце тверже, чем алмаз.

    *****

    Отважны будьте, вы, что влюблены!
    Решимость льстит Фортуне сумасбродной;
    А малодушье – склеп, где ум свободный
    И счастье навсегда погребены.

    Смельчак достиг небесной вышины,
    Обласканный звездою путеводной;
    Трус, расточивший жизнь в мечте бесплодной,
    Разбитыми свои увидел сны.

    Будь каждый сам судьбы своей радетель;
    К победе нужно прорубать дороги;
    Без храбрости удача терпит крах.

    Быть дерзким – не порок, а добродетель;
    Позор тому, кто, встретив вас, в итоге
    Оставит вас, не пересилив страх.

    *****

    О струи светлого Мондего, там,
    Где выкопана прошлому могила,
    В краю, куда меня любовь манила,
    И я за нею шел, поверив снам,

    Пусть след мой зарастет, я не предам
    Вовеки вас: к тому, что сердцу мило,
    Влечет всепобеждающая сила,
    И, чем я дальше, тем я ближе к вам.

    Так расскажите же моей любимой,
    Что полнятся и ныне ваши воды
    Слезами, мной пролитыми в тоске!

    И в памяти ее волной незримой
    Всплывут мои печали и невзгоды,
    И наши слезы встретятся в реке.

    *****

    Здесь, в этом Вавилоне, где гнездится
    Первопричина всех злодейств и смут;
    Здесь, где Амура чистого не чтут,
    Зато в почете мать его, блудница;

    Здесь, где бесчестью не видна граница,
    А честь сдавили гнетом рабских пут;
    Здесь, где, верша несправедливый суд,
    Слепая власть над Господом глумится;

    Здесь, где выпрашивают жалкий грош
    Достоинство и ум у пышной двери,
    Скрывающей невежество и ложь,

    Здесь я глубины мрака в полной мере
    Сумел познать. Сион, чего ж ты ждешь?
    Что и моя душа изменит вере?

    *****

    Хоть вас увидеть, завистью томим,
    Амур мне не дает, и под запретом
    Снег, розы, взгляд, таким горящий светом,
    Что даже солнце блекнет перед ним,

    Но ясный облик ваш неистребим,
    Запечатлен немеркнущим портретом,
    Он навсегда пребудет в сердце этом,
    Пусть вы и стали недругом моим.

    Я вижу вас – и вижу луг широкий,
    Увенчанный бутоном горделивым,
    Несущим всей долине благодать.

    Два ириса душистых – ваши щеки.
    Как сладко любоваться этим дивом.
    И все ж, гораздо слаще – обладать.

    *****

    Дары небес, которым нет цены,
    Чтобы не жили женщины в разладе,
    Поделены: узор хрустальной глади,
    Украсил девственную грудь Луны,

    Красоты, взгляд разящие, даны
    Богине, чье дитя разит, не глядя,
    Достались ум и знания Палладе,
    Юноне власть и мощь присуждены.

    Но видно всем: скудна небес безбрежность,
    Чтоб, утверждая ваше превосходство,
    Вас щедро одарить, и потому

    Диана чистоту, Венера нежность,
    Паллада ум, Юнона благородство
    Вам отдают, к несчестью своему.

    *****

    Снег этой кожи лилиям верни,
    А розам – пурпур губ, и, чтобы в краже
    Тебя и враг не заподозрил даже,
    Сиянью солнца – этих глаз огни,

    Сиренам, что проводят с песней дни, -
    Их голос, навевающий миражи,
    И Грациям, скорбящим о пропаже, -
    Их грацию: пусть тешатся они.

    Верни Минерве знания и разум,
    Венере – блеск редчайшей красоты,
    Диане – целомудрие и честь.

    Теперь гляди: освободившись разом
    От всех чужих достоинств, стала ты
    Уродливой и злой – такой, как есть.

    *****

    Хоть и жива мечта и не иссяк
    Источник счастья, на душе тревога:
    Должна к победе привести дорога,
    Но пораженье ближе, что ни шаг.

    Изведав величайшие из благ,
    Страшусь достигнуть высшего порога:
    Тогда отдать пришлось бы слишком много
    Тому, кто вас не заслужил никак.

    Дела мои теперь настолько плохи,
    Что в этой сети вязну все сильней,
    Повсюду видя козни и подвохи.

    Как будто ветер свищет меж камней –
    Так из груди несчастной рвутся вздохи,
    Когда я вспомню о беде моей.

    *****

    Хитри, ловчи, Амур, но все равно,
    Нельзя, мечтая о моей кончине,
    Лишить меня надежд – по той причине,
    Что все надежды сгинули давно.

    Надеяться на лучшее смешно,
    Нелепо сердце истязать в кручине
    Идущему на дно в морской пучине –
    Ведь он и без того пойдет на дно.

    Вот так, лишен надежд, и я не трушу
    Перед бедой – но происходит чудо:
    Любовь, стремясь добить меня совсем,

    День ото дня мне засылает в душу
    Незнамо что, неведомо откуда,
    Непостижимо как, невесть зачем.

    *****(перевод Левика или Резниченко)

    Мучительно за годом год идет,
    А дней уже осталось так немного.
    Но чем их меньше, тем длинней дорога,
    Тем больше в сердце горестных забот.

    Мой дар слабеет, и который год
    Не знает радость моего порога.
    И только опыт, все измерив строго,
    Порой обман грозящий узнает.

    Гонюсь за счастьем - вот оно! попалось!
    Увы! рванулось и опять умчалось.
    Я падаю, встаю, пропал и след

    Бегу опять, зову - оно далеко.
    Вперяю вдаль отчаянное око
    Оно исчезло, и надежды нет

  • "Луис Камоэнс. Лирика", издательство "Художественная литература", Москва, 1980
  • "Западноевропейский сонет XIII-XVII веков", Поэтическая антология, издательство Ленинградского университета, Ленинград, 1988
  • Серия "Литература эпохи возрождения", Луис де Камоэнс "Лузиады, сонеты", издательство "Художественная литература", Москва, 1988
  • "Западноевропейская поэзия XII-XVII веков", издательство "Лингва", Ереван, 2005


  • Независимый литературный портал РешетоСетевая словестность 45 Параллель Интерактивные конкурсы Стихия